Даша Севастопольская
Дарья Лаврентьевна Михайлова
(1836 – 1892)
Даша Севастопольская (настоящее имя Дарья Лаврентьевна
Михайлова, по мужу Хворостова; ноябрь 1836[1] — 1892[2]) — одна из первых
военных сестёр милосердия, героиня обороны Севастополя в Крымскую войну
1853—1856 гг. Как и Крестовоздвиженская община сестёр милосердия, Дарья
Михайлова стоит в ряду всемирно знаменитых подвижниц.
Дарья Михайлова родилась в селе Ключищи возле Казани в семье
матроса 10-го ластового экипажа Лаврентия Михайлова. В 1853 году её отец погиб
во время Синопского сражения.
2 сентября 1854 года англо-французский корпус высадился в
районе Евпатории. После битвы на Альме 8 сентября российские войска начали
отступление. В их обозе находилась Даша,18 летняя сирота.
Во время обороны Севастополя Дарья Михайлова, не имеющая
медицинского образования, в числе первых среди «севастопольских патриоток» —
жен, сестёр, дочерей участников обороны, оказывала помощь раненым и больным
защитникам Севастополя. На свои средства она оборудовала первый походный
перевязочный пункт. У нее в повозке нашлось белье для перевязки, уксус, вино
было роздано для подкрепления ослабевших. Не зная её фамилии, долгое время её
называли Дашей Севастопольской.
«Севастопольской» ее окрестила народная молва, под этим именем
она сохранилась в воспоминаниях врачей — участников войны. И только недавно, в
Центральном военно-историческом архиве были найдены документы на имя Дарьи
Лаврентьевны Михайловой.
За свой подвиг во время войны была награждена императором
Николаем I золотой медалью с надписанием «За усердие» на Владимирской ленте для
ношения на груди. Сверх того, ей было даровано пятьсот рублей серебром и
заявлено, что «по выходу ее в замужество [Государь] пожалует еще 1000 рублей
серебром на обзаведение». Кстати, золотой медалью «За усердие» награждались лишь
имеющие три серебряные медали. Приказ о награждении во исполнение воли Его
Величества был объявлен по всему Черноморскому флоту.
После войны, летом 1855 года Дарья вышла замуж за рядового
4-го ластового экипажа Максима Хворостова и получила тысячу рублей серебром на
обустройство быта, обещанные императором Николаем I. После свадьбы семья купила
трактир в поселке Бельбек. Но вскоре, продав имущество, поселилась с мужем в
Николаеве, вблизи моря. Вскоре они расстались (по одной версии — по причине
пьянства мужа, по другой — овдовела), и Дарья вернулась в Севастополь. На
Корабельной стороне города она прожила до конца дней. По воспоминаниям
старожилов, Дарья Лаврентьевна Хворостова умерла около 1910 года и похоронена на
кладбище в Доковом овраге. Со временем могила была утрачена, в настоящее время
на этом месте расположен сквер.
По другим данным, в 1892 году она вернулась в родное село, где
никого из родных уже не осталось. Пожертвовав местному храму икону Николая
Чудотворца, которая была с ней в Севастополе, она уехала в село Шеланга (Верхнеуслонский
район Татарстана) и через полгода скончалась. Её могила на местном кладбище не
сохранилась.
Награды
Золотая медаль «За усердие»
Медаль участника Крымской войны
Память
Бюст Героини на задней части панорамы «Оборона Севастополя».
Бюст Героини на аллее героев в Севастопольском парке
(Днепропетровск).
Памятник Героине возле 3-й городской больницы города
Севастополя.
Имя Героини носит 3-я городская больница Севастополя.
Открылся памятник в село Шеланга, на территории местной школы.
Знак отличия Совета министров Автономной Республики Крым «За милосердие имени Даши Севастопольской» (учреждён в 2013 г.).
Об этой девушке, ставшей легендой еще при жизни, как ни странно, известно на
редкость мало. Родилась она в 1838 году в Севастополе в семье матроса
Черноморского флота. Рано осталась без матери, а в ноябре 1853 года лишилась и
отца, павшего смертью храбрых в Синопском сражении.
Осенью 1854 года жаркое пламя Восточной
(Крымской) войны вплотную подступило и к родному побережью: неприятельский
десант высадился у берегов Евпатории и двинулся к Севастополю. Шестнадцатилетняя
девушка продала домишко и скудные пожитки и купив лошадь, повозку, множество
одеял и белого полотна, бутыли с уксусом и вином, бесстрашно отправилась на поле
Альминского сражения. Туда, где грохотали снаряды и рвались бомбы, а от дыма не
было видно солнца и неба. Там ждали помощи израненные воины... Как же необходимы
оказались многим из них и добрые руки «сестрички», перевязывающие раны, и глоток
воды из привезенной ею бочки...
Затем Даша с войсками вернулась в
Севастополь и влилась в ряды защитников города. Вместе со многими землячками —
матросскими женами и дочерьми — она носила на бастионы воду и пищу, дневала и
ночевала на перевязочных пунктах, без устали опекая раненых до последнего дня
обороны... Сколько защитников черноморской крепости оказались тогда обязаны ей
жизнью — сотни, тысячи?
В те дни матросская дочь стала поистине
легендарной личностью и под именем Даши Севастопольской вошла в историю. Но она
не ограничивалась только оказанием помощи раненым, что само по себе было
подвигом. Дарья, переодевшись в мужское платье, под именем Александра Михайлова
участвовала в боях, ходила в разведку. Пожалуй, после Надежды Дуровой это был
единственный в то время пример непосредственного участия женщины в боевых
действиях с оружием в руках. Она отмечена боевыми наградами, вошла в историю
Севастопольской обороны и как «первая сестра милосердия», и как «герой Александр
Михайлов».
В отличие от английской сестры
милосердия Флоренс Найтингейл, судьба Даши Севастопольской изумляет парадоксом.
При увековечении в карандашных рисунках Вильгельма Тимма, а полвека спустя — на
живописном полотне панорамы Ф.А. Рубо, еще позже — в возрожденном после Великой
Отечественной войны здании — в галерее памятников-бюстов героев эпопеи 1854—1855
годов, подлинная фамилия Даши Севастопольской на долгое время оказалась
«затерявшейся» в истории. Только в 1983 году, в канун 200-летия Севастополя,
московский и севастопольский историки Валентина Климанова и Ольга Грабар
независимо друг от друга сумели отыскать в Государственном военно-историческом
архиве дело «О представлении к награде девицы Дарьи за оказываемое ею примерное
старание в ухаживании за больными и ранеными в Севастополе». Юная сестра
милосердия была удостоена золотой медали «За усердие» на Владимирской ленте и
пятисот рублей серебром.
Поражает дата вручения этой медали — 16
ноября 1854 года, то есть всего лишь через два месяца после начала героической
обороны. Скорее всего, девушка, исполнявшая святой долг милосердия, не помышляла
о высокой награде (которую, кстати, получила непосредственно из рук великих
князей Михаила и Николая).
В архивных документах также сообщалось,
что в 1855 году, сразу же после севастопольской эпопеи, Дарья Михайлова вышла
замуж за матроса 4-го ластового экипажа Максима Хворостова и в связи с этим
получила от государства «приданое» — тысячу рублей «на обзаведение хозяйством» и
ветеранскую медаль «За защиту Севастополя».
Семья жила в Николаеве, затем, овдовев,
Дарья Хворостова вернулась в Севастополь. Памятными оказались для нее и съемки
«Обороны Севастополя» — первого в истории отечественного кино полнометражного
художественного фильма с документальным финалом, ставшим, как показало время,
поистине гениальной режиссерской находкой. В группе, составленной в традициях
провинциальных фотографов, перед зрителями предстают убеленные сединой
четырнадцать ветеранов, среди которых две женщины — Дарья Михайлова (Хворостова)
и Елизавета Сержбутовская. Принаряженные старушки с медалями на груди смотрят в
объектив, словно благословляя далеких потомков.
Похоронена Дарья Лаврентьевна была на
кладбище в Доковом овраге, чуть юго-западнее Малахова кургана, ее могила не
сохранилась до наших дней. Сейчас на этом месте разбит сквер.